История одного жандарма

Голубой мундир на берегу синего океана: жизнь и служба Константина Нагродского во Владивостоке

10 ноября 1911 года на вокзале Владивостока остановился скорый поезд из Санкт-Петербурга. На перрон ступил молодой человек - худощавый, высокий. Это был новый начальник Владивостокского охранного отделения ротмистр Отдельного корпуса жандармов Константин Нагродский. Следующие почти полтора года он провёл во Владивостоке. Что можно узнать о городе, его истории и месте в истории страны через биографию одного человека?

Что нам в биографии твоей?

На примере одной биографии можно узнать:

• В каких условиях служили жандармы Владивостока?
• Какие задачи по службе они выполняли?
• С чем они сталкивались в жизни?

УведомлениеКто все эти люди? Жандармы и охранка при Николае II

Отдельный корпус жандармов был создан в 1826 году, как специальная воинская часть офицеры которой должны были расследовать преступления против государства. В первую очередь, искать потенциальных революционеров и заговорщиков. В 1867, после покушения на императора Александра II, было создано Санкт-Петербургское охранное отделение, чьей задачей была тайная агентурная работа среди революционеров для предотвращения (а не расследования) антигосударственных преступлений. По замечанию историка З.И. Перегудовой, к 1900 году в России было всего три охранных отделения – Санкт-Петербургское, Московское и Варшавское. С началом ХХ века, из-за роста революционной ситуации в стране, количество охранных отделений (охранок) постоянно росло. К 1907 году их стало 27 на всю империю.

Владивостокское охранное отделение начало работу в январе 1907.

А откуда мы узнаем ответы на все эти вопросы?

На наше огромное счастье от ротмистра Константина Адольфовича Нагродского остались как минимум два документа, совершенно однозначно вышедшие из-под его пера и представляющее нечто большее, чем просто делопроизводственный акт. Первый – это его отчёт о выборах в IV Государственную думу в Приморской области в октябре 1912 года и его же объяснительный рапорт по поводу обвинений, выдвинутых в его адрес летом 1913. Тогда бывшие сослуживцы ротмистра Нагродского по Владивостоку обвинили его в хищениях казёных средств.

Оба этих документа были написаны лично им, в весьма вольном для официального делопроизводства стиле. Но сначала познакомимся с нашим героем.

Ротмистр Константин Адольфович Нагродский

Появление героя

Константин Адольфович Нагродский родился 13 июля 1882 года в городе Ковно (современный Каунас, Литовская республика). Отец его был офицером Русской императорской армии. По происхождению Нагродские, скорее всего, были поляками (хотя и вряд ли себя таковыми считали). В Российской Империи дискриминация распространялась по религиозному, а не этническому признаку, так что будь Нагродские католиками, военная карьера у них бы не задалась. Но по вероисповеданию Нагродские были лютеранами, что должно было убрать лишние препятствия в жизни.

Константин пошёл по пути своего отца и выбрал военную карьеру. Видимо, происхождение играло свою роль, поэтому молодой человек окончил не самые престижные Ярославский кадетский корпус и Казанское пехотное юнкерское училище.

Дальше был выпуск в пехоту и, казалось, обычная, не самая яркая карьера пехотного офицера.

Русский плакат времён Русско-Японской войны

Нагродский участвовал в Русско-японской войне, был ранен и трижды награждён. После завершения войны его ждала не мирная жизнь, а объятая Первой Русской революцией страна. Видимо, тогда он и решился перейти в жандармы.

Дальний Восток

Окончив курсы при штабе Отдельного корпуса жандармов в первой десятке, молодой офицер получил назначение в Польшу. После дорос до начальника охраны дачи русского премьера Петра Столыпина в литовском имении Колноберже. А незадолго до гибели своего патрона, ротмистр Нагродский получил назначение на должность начальника Владивостокского охранного отделения.

С ноября 1911 он должен был отвечать за политическую безопасность самого большого и наименее населённого региона России, сердцем которого был шумный, яркий, интернациональный и предельно-русский одновременно Владивосток.

А насколько Константин Нагродский отличался от других жандармов, служивших когда-либо во Владивостокском охранном отделении?

Коллективный портрет и частности

my_data <- read_csv2("Жандармы_Дальнего Востока.csv")

weapons <- my_data %>%
  filter(!is.na(`Род оружия`), `Род оружия` != "") %>%
  count(`Род оружия`)

weapons$percent <- round(weapons$n / sum(weapons$n) * 100, 1)
weapons$label <- paste0(weapons$`Род оружия`, " — ", weapons$n, " чел. (", weapons$percent, "%)")

ggplot(weapons, aes(x = "", y = n, fill = `Род оружия`)) +
  geom_col(width = 1, color = "white", size = 0.5) +
  coord_polar("y", start = 0) +
  geom_text(aes(label = label),
            position = position_stack(vjust = 0.5),
            color = "white", fontface = "bold", size = 3.5) +
  scale_fill_manual(values = c("lightblue", "lightgreen", "lightpink", 
                                "lightyellow", "lavender", "wheat")) +
  labs(title = "Распределение жандармских офицеров по роду оружия",
       fill = "Род оружия") +
  theme_minimal(base_size = 13) +
  theme(axis.text = element_blank(),
        axis.title = element_blank(),
        panel.grid = element_blank(),
        plot.title = element_text(face = "bold", hjust = 0.5))

В этой таблице представлены все основные сведения об офицерах Отдельного корпуса жандармов, когда-либо служивших во Владивостокском охранном отделении. Давайте посмотрим, в чём ротмистр Нагродский отличался от своих коллег, а в чём нет.

library(tidyverse)

# Загрузка данных
my_data <- read_csv2("Жандармы_Дальнего Востока.csv")

# Подсчёт по роду оружия (войск)
weapon_data <- my_data %>%
  filter(!is.na(`Род оружия`), `Род оружия` != "") %>%
  count(`Род оружия`) %>%
  mutate(
    percent = round(n / sum(n) * 100, 1),
    label = paste0(`Род оружия`, "\n", n, " чел. (", percent, "%)")
  )

# Построение диаграммы
ggplot(weapon_data, aes(x = "", y = n, fill = `Род оружия`)) +
  geom_col(width = 1, color = "white", size = 0.5) +
  coord_polar("y", start = 0) +
  # Подписи с названием, количеством и процентами
  geom_text(aes(label = label), 
            position = position_stack(vjust = 0.5),
            color = "white", fontface = "bold", size = 3.5) +
  # Цвета
  scale_fill_brewer(palette = "Set2") +
  # Оформление
  labs(
    title = "Распределение жандармских офицеров по роду оружия",
    subtitle = "В скобках — количество человек и доля от общего числа",
    fill = "Род оружия"
  ) +
  theme_void(base_size = 13) +
  theme(
    plot.title = element_text(face = "bold", hjust = 0.5),
    plot.subtitle = element_text(hjust = 0.5),
    legend.position = "right"
  )

По этой диаграмме мы видим, что ротмистр Константин Адольфович Нагродский был не единственным пехотным офицером, перешедшим в Отдельный корпус жандармов. Вообще говоря, пехотницев среди жандармов было весьма много. В пехоте мало платили, медленно производили в новых чинах и могли направить на службу в какой-нибудь военный городок, гораздо более депрессивный, чем то, что Александр Куприн описывал в “Поединке”.

А что же отличало ротмистра Нагродского от его сослуживцев бывших, настоящих и будущих?

Константин Адольфович Нагродский был одним из самых молодых офицеров во Владивостокском охранном отделении и самым молодым начальником отделения. График позволяет нам сделать акцент на возрасте ротмистра.

Немного о службе.

Подробнее о службе ротмистра Нагродского во Владивостокском охранном отделении можно прочитать, например, здесь, здесь, здесь или вообще спросить автора сайта.

А мы приведём просто пару цитат из ранее обещанных документов.

Где жандармы работали?

Пока Константин Адольфович Нагродский руководил Владивостокским охранным отделением, оно находилось по адресу Суйфунская, 24. В современно Владивостоке это Уборевича, 24.

Суйфунская, 24 — историческое фото

Уборевича, 24 — современный вид

Итак, что же увидел ротмистр Нагродский, приехав во Владивосток в ноябре 1911?

Владивостокское Охранное отделение было принято мною в ноябре 1911 года в следующем виде: Канцелярия отделения помещалась в полуподвальном этаже, вход в канцелярию и часть окон выходили на зловонную точную канаву, заражающую воздух и без того в тесном помещении канцелярии. В помещении канцелярии, несмотря даже на бывший тогда некомплект служащих канцелярии, филёров и отсутствие двух офицеров и чиновника (ротмистры Макри и Иващенко, и чиновник Шибков прибыли впоследствии) не хватало исправной мебели даже для занятий. Карточная регистрация лиц, проходивших по делам отделения была в полном беспорядке, вследствие чего наведение каждой пустой справки, для производящего эту работу составлял и затруднение, и и отнимало много времени, и не давала уверенности, что справка произведена верно. Архивные дела отделения не имели определённого места, вследствие чего трепались и спутывались с текущим делами, руководственные распоряжения по розыск подшивались по усмотрению писцов, поступление, разработка и регистрация агентурных сведений велись вопреки самым элементарным правилам конспирации. И наличная агентура, филерский состав и служащие канцелярии были приняты мною с такими характеристиками, что я вынужден был, несмотря на сильный некомплект, немедленно же приступить к частичному увольнению их. (ГАРФ. Ф. 110. Оп. 6. Д. 2951. Л. 16)

А в каком состоянии он сдал отделение своему преемнику ротмистру Евгению Лалевичу?

В течение нескольких месяцев, менее чем в полгода, канцелярия отделения была перемещена мною в вполне приличное и отвечающее своему назначению помещение, одобренное и полковников Васильевым; помещение канцелярии было снабжено необходимым инвентарём, достаточным и на усиленный личный состав отделения, так как не только некомплект был мною пополнен, но и по распоряжению Департамента полиции личный состав был усилен на одного чиновника, одного прикомандированного офицера для изучения розыска и нескольких низших служащих; вся без исключения карточная регистрация, достигавшая более 40 тысяч карточек, была переписана на новые карточки после проверки фамилий по делам; почти все архивные и текущие дела отделения были перешиты согласно требованиям «Положения об Охранных отделениях»; для разработки, хранения и регистрации агентурных и иных совершенно секретных сведений были заведены особые регистраторы, хранившиеся в особом шкапу под замком /шкап этот входит в число 8 предметов «кабинетной» обстановки/; вся эта громадная, но со стороны незаметная, работа была произведена параллельно с повседневной работой отделения, и в результате прибывший во Владивосток спустя ровно 9 месяцев после приём мною отделения в таком виде, начальник Иркутского управления полковник Васильев нашёл канцелярию и всё делопроизводство не только в полном порядке, но и взял с собой некоторые мои, одобренные им образцы, для применения их в Иркутском районном охранном отделении. (Там же) —